Vadim Denisov
Писатель рода "выдуманное на опыте" www.facebook.com/vadim.v.denisov

Арктика, Норильск, декабрь. Знакомьтесь

Арктика, Норильск, декабрь. Знакомьтесь
Здесь и далее фотографии норильских фотографов

На Северном полюсе сейчас -17. В Антарктиде лето, на станции Мак-Мёрдо, базе США, днём +3, столько же на наших станциях «Мирный» и «Молодёжная». На нашей опорной базе «Прогресс», на пару градусов холодней. Она несколько ближе к Полюсу.

У меня за окном на градуснике -40.

Если наложить карту Южного полушария планеты вместе с координатной сеткой на Северное, то станет ясно, что в этой модели город Норильск расположен по широте ближе к Полюсу, нежели «Мирный» и «Молодёжная», в нашем случае — севернее. Мне, северянину, легко представить Норильск в Антарктиде, взял, да и перенёс мысленно. Нормально получится. Там, на побережье в районе «Мирного», совсем другой климат, более мягкий, спокойный, сказывается влияние гигантского океанического теплообменника. Я могу это представить. Остальные — нет. Как так, это же Антарктида! Купол, смелые полярники, низкие коробчатые домики...

В первой трети прошлого века норильчане жили точно так же. А потом этот минимализм надоел, и мы построили нормальный город, в котором живут не героические полярники, занимающиеся научными исследованиями и демонстрирующие флаг Державы, а самые обычные жители. Живут оседло, поколениями, моя дочь — представитель четвёртого. Потом появились города-спутники, а затем и Норильский промышленный район, городской округ, по площади самый большой в стране, 4500 км2. И всего 178 000 жителей.

Можем построить и в Антарктике. Но делать этого категорически нельзя. И не только в силу известных международных ограничений по освоению этого материка. Стоит только на южном континенте построить полноценный Норильск-2, и вся романтика Антарктиды, часто искусственная, медийная, испарится к чёртовой матери. Нет, нельзя этого делать.

В Норильске началась полярная ночь. Длинная новогодняя ночь, моё любимое время года. Скоро в районах встанут огромные ёлки — центры праздничного притяжения. Уже строятся снежные городки и очаровательные ледовые скульптуры. Мастеровые люди, год за годом создающие эту морозную красоту, на городском озере Долгом режут бензопилами лёд. На берегу собраны в волшебный штабель прозрачно-голубоватые блоки, которые превратятся в подсвеченные цветными лампочками фигуры. Лёд очень толстый, мастеровые ворчат — избыточно. Скульпторам-строителям нужны ещё и блоки потоньше, их намораживают по графику; в день полынья промерзает на пять сантиметров...

Вот мастер показывает телекамере ровную поверхность, проводит голой рукой по обжигающему зеркалу и говорит, что лёд отличный, чистый. И тут же спохватывается, предупреждая родителей и их детей, что лизать скульптуры всё-таки не нужно, вода техническая. Все относятся к этому с пониманием, никого не смущает само предположение о том, что норильчата начнут лизать лёд на -35, а теплей в Новый год не будет. Ну, а что, едят же они мороженое прямо на улице...

В торговых центрах ажиотаж подготовки, продавцы и покупатели на линии старта. На прилавках появились турецкие сладкие и абхазские с кислинкой мандарины — фрукты с запахом Нового года, недорогие и очень вкусные. Дома и в детсадовских группах ребятня пишет письма Деду Морозу, а у взрослых, как выясняется, закончились хлопушки и остальные веселые расходники, хорошо бы ещё и патроны для ракетницы прикупить. Эх, славная подготовка, хорошее время! В общем, всё как везде.

Но это Норильск, город на самой макушке глобуса. Самый северный город планеты, если мы говорим о настоящем городе. Мурманск находится чуть-чуть южнее, там сейчас всего -10, остывающие струи Гольфстрима все-таки успевают немного согревать суровые берега... Норвежцы любят вспоминать, что у них есть города и посевернее. Городки. Вообще-то, это посёлки. Крошечные. У них принято считать городом населённый пункт с числом жителей от 5000 чел. Хотя есть и «города» с населением в 2000 чел. Оценивая эту хитрость, мы лишь улыбаемся, потому что тогда уж и наш таймырский Диксон с гигантским отрывом дрейфует в Арктике «городом».

Настоящий город обладает не определённой численностью населения, а рядом обязательных инфраструктурных признаков. Он должен иметь аэропорт федерального или краевого значения, способный принимать среднемагистральные самолёты, а лучше, воздушные суда всех типов. У настоящего города должен быть морской или речной порт, железнодорожный вокзал, многоэтажные дома. В настоящем городе имеется драматический театр и технический вуз — собственный, а не филиал, профильные техникумы и училища, развитая медицина, лицеи искусств и колледжи, картинная галерея и музеи, крытые бассейны и стадионы. Про развитую промышленность я уже и не говорю, это самое главное.

Скажете, жёсткие требования? Да. Но мы говорим о настоящем городе, а не формальном претенденте на широтные рекорды. Жестко предъявляя требования к уровню организации собственного городского пространства, мы так же и строимся. Именно поэтому всё вышеперечисленное есть в Норильске. До недавнего времени нам очень не хватало аквапарка. Он появился, первичный ажиотаж быстро схлынул, и все размышляют: насчёт чего ворчать теперь? Мы любим ворчать в свою же сторону. Нам мало круглогодичной навигации по Северному морскому пути и сезонной — по Енисею, мало авиации. Дорога нужна! Сухопутное сообщение с материком, автомобильная и железнодорожная трасса, потому что Норильск до сих пор является «островом». А ещё это самый ветреный город в мире.

Норильск, конечно же, плоть от плоти горно-металлургического комбината, НГМК, «Норникеля»: глубокие рудники и карьеры, обогатительные переделы и металлургические заводы, поэтому мышцы и жилы этого серьёзного производства видны повсюду. Трубы, галереи, магистрали, эстакады, технологический транспорт — они не прячутся. Здесь организовано непрерывное производство товарного никеля и меди, кобальта, платины и палладия, что составляет два процента валютного ВВП страны. Тут хорошие зарплаты и длинные отпуска, оплачиваемая всей семье дорога к месту отдыха и обратно, ранняя увеличенная пенсия. В полярную ночь здесь море огней. Город, имея свой каскад Таймырских ГЭС и собственную газовую добычу, очень энергонасыщен.

Чтобы понять заполярный город и норильчан, сюда нужно приезжать в декабре, к началу настоящих морозов. Норильск, с его панорамами лесотундр и отрогами плато Путорана очень хорош летом, но это отдельная тема. Декабрь же мгновенно погружает прилетевшего гостя в особую среду, в настоящий космос. Но, прежде всего Норильск — это люди. Жители материка часто представляют современное Заполярье в виде картинок с оленями и укутанной в грубые меха фигурой человека на фоне бескрайних снегов. Что вы, какие там олени и чумы... Обычный норильчанин гораздо чаще видит оленя в виде отбивных и копчёных деликатесов местного производства.

Норильская женщина даже в самый лютый мороз одевается в норме похода от крыльца к салону авто, здесь очень много машин и фирм такси. Но есть одна важнейшая особенность у местных. В быту и на производстве, в труде и на отдыхе люди создают устойчивые системы. Это определенный образ жизни, готовый к любому экстриму, но спокойный, уверенный. Без метаний, истерических надрывов, ненужных восторгов, сожалений и лишних подвигов. У них есть запас продуктов, они следят за новостями и вовремя заряжают аккумуляторы устройств.

По сути, в нашем Заполярье течёт комфортная жизнь, но с соблюдением правил безопасности. Мы очень серьёзно относимся к теплосбережению, к качеству одежды. В декабре на улице надо дышать ровно, мелко, в шарф или воротник пуховика, чтобы не обжечь легкие. Не нужно долго болтать на морозе, уметь доносить мысль быстро, говорить чисто, членораздельно, чтобы не переспрашивать. Поэтому у норильчан нет акцента.

Есть вечные норильские заповеди. Не вертись и не срывай тепловую воздушную подушку, прикрывающую кожу, вот и не обожжет. Не геройствуй в демисезонной одежде, никого ты этим не восхитишь, лишь у виска покрутят. В морозном тумане и при пурге необходимо особенно внимательно наблюдать за авто, не верить светофорам, а в серьёзные холода нужно следить за обморожениями, предупреждая встречных о побелевших щеках. И тебя предупредят.

Здесь высокий процент людей с высшим образованием, этого требует производство. Норильск капризен, высокомерен. Он столичен, начиная от зданий лениградской архитектуры в исторической его части и заканчивая менталитетом. Подыскивая квартиры на материке, норильчанин, прежде всего, выберет Москву и Питер, он привык к столичности и хочет её. Да, заполярный снобизм реально существует. В общем, приезжайте в декабре. Страшно? Ну, тогда мы сами отпразднуем.

На улице -40, я смотрю в окно. Сегодня нет ветра, значит, нет и актировки, отмены занятий. Дети стайками возвращаются со школ. Во дворе детсада напротив малышня в цветастых пуховиках карабкается на снежную горку, роет лопатками сухой, как песок, снег, снежков из такого не слепишь. Они просто гуляют на улице.

И никакой героики. Живём мы тут.