Валерий Крыков

Гастрономическое происшествие, или Срочно в номер!

Гастрономическое происшествие, или Срочно в номер!
Летит перелётная пища...

Когда Брэдли Швыдкин, репортер городской газетёнки «На всех парах!», прибыл на место происшествия, оно стихийно переросло в хорошо организованный увеселительный митинг.

Перед собравшимися ротозеями вещал элегантный лидер местных хиппитов, по совместительству Председатель артели «Напрасный труд Лиллипуттина» Захарий Гиппифеоз:

— К сожалению, наши потребители – крайне странные люди-человеки. Они одновременно и быстро желают и самого хорошего, и самого невозможного! Что противно, ведь против этого самого невозможного и не попрешь! Есть – самая неуёмная страстишка любого человека. Печеньем его не потчуй, не корми, только дай сразу фугУ и фигу! Человечек ведь и живота своего не пощадит, но точно выжмет из бедной, но прижимистой матери-природы всё, что ему приспичило…

— Хорош гнать бульон! — выкрикнул из толпы сухопарый вьюноша, видимо, из городской организации «зелёных». — Расскажи-ка, как вы продались этим столичным монсрёмцам! Поведай скромным, но честным горожанам, как наш любимый Лиллипуттин погряз в пороке и чревоугодии?!

— Товарищ аскет, прошу не передёргивать! Никто нигде не погряз. Нашему славному городу выпала честь удовлетворить растущие потребности столичных эпикурейцев. И хорошо, что обитателям стольного мегагигаполиса Монсрём однажды до зарезу захотелось к рождественскому обеду фуагра из нежной печени древнемохнатого птеродактиля с мини-крыльями. Ну, так им приспичило, что нет мОчи, а она всё равно ударяет в тонкого строения голову. Вам, товарищ веган, не понять. А вот они организовались, в ту же неделю собрались в мощный кооператив «Тридцать три толстячка»…

— Да резать надо этих толстопузов! Резать к чёртовой матери! Под самый корень!

Захарий Гиппифеоз нервно снял цилиндр, потряс им в сторону вегана-провокатора:

— Сам заткнись, дрищ зелёный! Это ты и тебе подобные режут без ножа наше процветание и благополучие! Помолчи лучше, а то самого пущу на винегрет! А славные толстячки – наши благодетели, они нам, прогрессивнейшим хиппитам в мире, любезно заказали организовать мегаскоростную ферму «Юркинский период» в Подмонсрёмье.

— А вы и обрадовались, живодёры и штрейкбрехеры! – не унимался тощий сторонник «зелёных» и вегетарианства.

— Да, листоед худосочный! – парировал выпад председатель Захарий. — Да, пангородская артелька «Ненапрасный труд Лиллипуттина» в полный рост обрадовалась такой интересной и прогрессивной творческой задаче. Не зря же наши специи набирались опыта в славнейшем Лиллежрамме, где в свое время некоторые из нас родились и не умерли! Я вот точно, но не буду о личном. Я лучше о нашем коллективном сознательном. Вот, к примеру, в пору раннего становления артельные умельцы с помощью жрамотехнологий подковывали наноблох. Ох, какой прелестный был тогда контракт! Контрактище! А какие шоу гремели в лучших варьете, в клубах твиста и чечётки знаменитого Лас-Вегана!

— Прямо в самом Лас-Вегане? — восхитилась аппетитная девушка-пышечка.

— Самее не бывает! Но это мелкая хрюссельская капуста по сравнению с нашим мегафермерским проектом. Вот это истинно полный фарш! Таких жирных дактилей растим и откармливаем, что писк и визг стоит на всю благословенную округу. Скажу по секрету, мы с небольшой помощью корейского профессора Чанга Чвунга клонировали самых печёнистых толстолётных птеродактилей. Все производители у нас вышли образцово-плодовитыми! Вот только они, жертвы клонирования, поначалу старались не набирать хороший вес, постоянно трепыхались, размахивая нехилыми древнемохнатыми крылами. Однако наши прогрессивные рукодельцы незамедлительно сыскали на дактилей хитрую управу. Вы спросите – как? Я и отвечу: легко! Смекалистые артельцы элегантно прибили перепончатые лапы уклонистов декоративными гвоздычками к надёжному настилу. После этого в загонах наступила полная лепота-красота среди бурно жирующих на законном месте. Не поверите, но с каждым получасом печень клоников стала увеличиваться прямопорционально! В смысле – полчаса прошло, и порция готова. А доярки-трансплантологи её оперативно изымают чисто хирургически. Понимаете, это же суперверх совершенства совсем безотходных экотехнологий! А уж дактильские «лепёшки» шли на производство модного квазимяса для Лас-Вегана.

— Правда? Для самого Лас-Вегана? — вновь простодушно восхитилась розовощёкая пышечка.

— Для него, для родимого! И для вас, родные, тоже!

Захарий Гиппифеоз сорвал нехилые аплодисменты, и хотел было завершить бравурную речь на звонкой ноте, однако тут встрял репортёр Брэд Швыдкин:

— А что всё-таки случилось, уважаемый Председатель? Почему тут собралась толпа свидетелей, словно они все разом увидели Иегову?

— Не стоит раздувать скандал на пустом месте, ретивый бумагомарака! Ничего такого не произошло. Сегодня отличный денёк, горожане отдыхают, любуются архитектурой, слушают умных людей. Я вот рассказал о том, что вчера один, всего один, молодой птеродактиль — тоже мне икар юрского периода! — коварно перегрыз свои лапы и упорхнул барражировать чистое небо над столичным Монсрёмом. К нашему счастью, у него сердце не как у птицы, а весьма слабое, крайне жирное. Вот оно и не выдержало предельную нагрузку безрассудного полета. Логично, что вольный дактиль рухнул наземь, по-моему, весьма удачно найдя погибель и могилу прямо посреди центральной площади нашего процветающего Лиллипуттина. Скоро наша артель ликвидирует все грубые следы гастрономического происшествия. Всем спасибо за внимание и бон аппетит!

На сих вкусных словах шустрый хиппит Гиппифеоз, председатель артели и мастер аэрофуда, приподняв цилиндр, с грацией фламинго откланялся. Затем он подошёл к провалу и уже по специальному настилу из металлопластика элегантно спустился к падшему птеродактилю. С прищуром мастера осмотрев дичь, Захарий прицелился и тут же размашисто вырезал сердце свободолюбивого монстра. Потом он аккуратно водрузил ценный орган в паровую мини-тачку и резво, играючи, повёз его на роскошную кухню артельного ресторана «Напрасный труд Лиллипуттина».

Как написал в своём репортаже Брэд Швыдкин: «Вечером мастеров артели и других гостей-счастливчиков ожидал тёплый, таки задушевный, можно каламбурно сказать и написать, сердечный гала-ужин в добром стиле «Для всех, кому за 120!». Шеф-повар г-н Делико-Тессен грозился соорудить необычайный, фантазийно-виртуозный тартар из свежедобытого птеродактильского сердца. Говорят, нежнейший розовый суп-пюре так аппетитен и вкусен, что пальчики и язычки проглотишь».