Валерий Крыков

И один в поле воин...

И один в поле воин...
Эти руки не для скуки. Берегитесь, гоблины!

И снова Эрик бесстрашно (или все же бесшабашно?) шагнул в слегка обшарпанный пыльный коридор. Вроде знакомый по прежней безмятежной жизни. От стен, покрытых некогда стильными панелями, веяло приторно родным, но давняя уютная реальность по чьей-то злой воле искажалась до неузнаваемой виртуальной отстраненности. Позже, со временем (если уместно сие понятие в данной, закольцованной, ситуации), ему пришло на ум, что это похоже на старинную компьютерную игру-бродилку. В натуре эта забава не так уж занимательна, не говоря уж о том, что она крайне утомительна в эмоциональном плане. Нервы у Эрика уже на пределе, который, похоже, не за горами.

Итак, Эрик с маниакальной настойчивостью совершает новый, энный, заход в этот до невозможности реальный коридор. Словно в давнем сне ему навстречу движется (именно, движется, не шагает) пара уродливо-непропорциональных красотулек. Дочери Вия, что ли? Веки те же. Эрик невольно шарахается в сторону, прижимаясь к слегка замызганной посетителями холодной стене, пытаясь миновать их без столкновения и даже малейшего прикосновения. Мерзкие мутанты а ля Барби с Криптона смачно просачиваются сквозь него, словно бурое собачье дерьмо через строительное сито. Не оглядываясь, он брезгливо кидается к двери. Ух, пронесло! - ошалело мелькает у Эрика в перевозбужденном мозгу, который ещё не проспиртовался полностью. Он даже не замечает, как это “пронесло” звучит двусмысленно.

И сразу на повороте Эрик сталкивается с веселой компанией молодцов, явно сляпанных на скорую руку. Не человекообразные существа, а хот-доги на воздушной подушке. Их непропорционально большие лица с мутными очами беззлобно улыбаются, навязывая ближний бой. Вот, сволочи, век бы их не видеть. Но стоит Эрику закрыть глаза, как возникают картинки, кадры изуверского видео, где, словно на безумном карнавале, мелькают мерзкие морды. Самое неприятное, что на этих вроде человеческих лицах нет живых глаз: они или выколоты, или вырваны... Даже страшная реальность на их фоне кажется рождественским вертепом, адаптированной версией дантова ада. Инстинктивно Эрик бьет первому квазимодо в рыло. Мерзость, злобно хрюкнув, рассыпается в труху и гниль. Слава богу, в этот момент нос не слышит никаких запахов. Честно говоря, Эрика и так тошнит от незваных гоблинов. Их вид вызывает головокружение, словно он идет по узкому карнизу на высоте эдак 23 этажа. Неприятное чувство, практически психоз на грани умопомешательства. Откуда этот подсознательный страх, Эрику не очень понятно. Может, привык к земле? Всё-таки первую и большую часть жизни он обитал на первых этажах. Возможно, поэтому в его довольно частых ночных кошмарах самыми пугающими “картинками” были подробные превью различных падений с непривычной высоты. То однажды Эрику снился край крутого обрыва, куда безвольное тело подталкивала неведомая сила, то с невероятно занудной детальностью возникал шаткий высокий мост: его вроде надёжный настил вдруг оказывался трухлявым, доски прямо из-под ног уходили и падали вниз. Иной раз сами опоры псевдонадёжного моста погружались в мутную воду-ртуть, отрезая всякую надежду на спасение. Хорошо, что в жуткий критический момент Эрик всегда мог проснуться: пусть в холодном поту, с влажными ладонями, с пальцами, цепляющимися за лёгкую простынь. Но, как ни крути, он выходил из убийственного кошмара живым и здоровым.

И здесь с ним получалось то же самое. Пройдя одну комнату с неприятными гостями, целёхоньким - то вроде человеком, то вроде персонажем компьютерной игры-бродилки - Эрик вдруг возникал на пороге другого помещения, будто Некто высшего порядка с коварным умыслом организовал возможность своевременного сохранения. А может, тут дело было совсем в другом? Может, пока ему банально везёт? Вот Эрик и выкручивается, как может, из этого сюрреалистического навоза, который на него вывалился по воле явно очень доброго рока. Ну, почему все эти “прелести” выпали на долю скромного по сути персонажа, уж вовсе не героя ни нашего времени, ни чужого? Но, похоже, жребий был брошен.

И вот очередной гоблин (в переносном смысле, конечно, на вид он - вполне рабочий человек) в мятой спецовке нарисовался на пути Эрика. Самое мерзкое-премерзкое - он, этот уродец, не на своей территории! Какого черта?! Ручонки свои короткие протягивает, сует какую-то коробочку в карман Эрика: мол, подарочек. Вот гадость! Судорожные попытки вытащить гадкий сюрприз не удаются: приборчик по-рыбьи выскальзывает из руки. Коробочка подозрительно вибрирует, аж мурашки по коже и волосы на руках дыбом. Даже скрежет железа по стеклу сейчас меньше раздражает Эрика. Может, это реакция на смазку, покрывающую коробочку. Что втюрил этот зомбированный гаденыш? Ну почему он не дал этому гоблину в рыло сразу, едва заметив? Надо срочно выбросить эту дрянь, эту мерзость подальше в окно. Время, как назло, тянется подобно слизи паука-мутанта. Последнее усилие дается Эрику с трудом, руки еле шевелятся. Неужели так страх парализует? Но, кажется, бояться пока нечего. Да и некого, ведь он точно чувствует, что за спиной никто не стоит. Гадкий “дарильщик” уже смылся. К тому же подобные атаки незваных гостей не наносили Эрику особого физического урона. По крайней мере - так было в прежние попытки пройти весь коридор: они всего лишь отбрасывали его к началу якобы родного коридора. Правда, всякий раз Эрику приходилось в ужасе прощаться с жизнью. Видимо, прибавлялись седые волосы, но видеть их ему не приводилось пока. Почему-то внутри нынешней плоскости не было ни одного зеркала. Возможно, они сами пропали, возможно, кто-то помог им исчезнуть. А может, это провал в пресловутое Зазеркалье? Вот Эрик вляпался. Бах! Колебания воздуха резко растрепали волосы и прошлись по свободным брючинам его спортивных штанов. Звука практически не было, но коробка-сюрприз, словно адская машинка, разлетелась на глазах, заляпав пол светло-зеленым пюре. Видимо, для вящего эффекта из поганой кучи начали выстреливать петарды. Вот дерьмо девичье! - пронеслось в сильно воспаленном сознании Эрика, пока оно не отключилось вовсе.

И, как оказалось, отключка мозга снова была кратковременной. На миг, вроде всего на малюсенький миг. Но и мгновения хватило, чтобы тело в холодном поту вновь заняло исходную позицию у главного входа в коридор. Кажется, и на сей раз Эрик отделался нелёгким испугом. Так уж устроен человек: когда часто пугают или угрожают, то страх постепенно отступает на задний план. Инстинкт самосохранения, конечно, не позволяет расслабиться окончательно, но уже не так парализует волю и способность соображать. Тщетные попытки преодолеть коридор, выйти из него в привычную реальность дали понять, что должен быть выход. Интуиция подсказывала, что долго оставаться подопытной мухой на липкой ленте Мёбиуса нельзя. Эрику требовалось незамедлительно покинуть чужую ирреальность. Легко сказать. А как это сделать? Пока же удавалось избегать тесных контактов с незнакомцами. Но сколько это может продолжаться? Одному только черту известно. Похоже, что этот марафон на выживание нормальному разумному существу выиграть крайне сложно. Может реально не хватить сил. Значит, надо Эрику думать головой, пока ее не оторвало вражеской “петардой”. Или еще чем. У этих уродов буйная фантазия. Точнее сказать, что у их могущественного Покровителя, который затеял сию убийственную игру-шараду. Странно, что выбор пал на Эрика. Посчитали, что он - слабое звено? Или, напротив, достойный представитель. А может, больше и некому отстаивать интересы аборигенов. Фактически нынче Эрик оказался на окраине Конгломерата. Хранителей вроде по пальцам можно пересчитать, ведь нельзя же разумными существами считать машины. Если глубоко копать, то не каждого человека по рождению можно назвать разумным. Настоящие люди не применяют ядерное оружие для завоевания очередного нефтяного месторождения или источника пресной воды. Не присваивают себе право решать - кого казнить, а кого миловать. Гуманизм не должен лишать человека возможности самостоятельно выбирать, например, жить ему или все-таки умереть. И ссылки на пресловутое общество, его мнение, здесь неуместны. Как правило, в итоге решение за большинство принимает кто-то один. Исходя из этого, спрашивается, почему мнение одного человека выше и дороже мнения другого человека? Это не гуманизм, а изощренный эгоизм отдельно взятого индивидуума. Но эти споры уже в прошлом, сам ход эволюции доказал, что воззрения свободных одиночек более жизнеспособны. Эрик - лучшее тому подтверждение. Все катаклизмы он пережил, наверное, преодолеет и нынешнее испытание.

И началось всё, как помнится Эрику, с глупости, по пьянке. Похоже, он сам же слишком много трепал языком с незнакомцем в случайно пойманной тачке. Болтал, болтал, болтал. Много. С похмелья, усугубленного утренним энергетическим напитком. Наверное, тогда и проговорился о чём-то важном и весьма интересном для них, коварных упырей. То-то они вцепились, как голодные клещи. Потом новые “друзья-приятели” старательно притворялись собутыльниками, охотно заваливая к Эрику в гости с литрами горячительного. Что-то постоянно выведывали, вынюхивали. Пьянка пьянкой, но вскоре ему стало понятно, чужаки выискивают все важные документы, архивные материалы. Бесследно исчезли визитницы, записные книжки, сообщения в коммуникаторе. Вдруг у Эрика сложилось впечатление, что гости уничтожают все связи, контакты с внешним миром.

Искусственная изоляция, виртуальная тюрьма, расщелина времени… Но, похоже, что этого кому-то крайне мало. Видимо, уже решено жесткий эксперимент с клоуном, шутом гороховым, то бишь с ним, довести до логического конца. Жутко интересно, что они, уроды, задумали? Свести с ума и похоронить в казённом доме? Или ловко устроить безусловно правдоподобное самоубийство? Мол, и этот ненормальный Эрик выпал из гнезда. Как говорится, птица перепел. В смысле - перепил. И ну давай летать из окна. А что? Реальный план! Кстати, этим можно воспользоваться. Что ж, он будет действовать по сложившимся обстоятельствам. Эрик спинным мозгом почувствовал, что наглым чужакам надоели психоделические игры. Главное для него сейчас - не пропустить нужный момент. Кто знает, может, они уже сегодня-завтра пойдут на самые радикальные уловки.

И вот, похоже, наступило утро Ч. В коридоре отчаянно воняло опасностью. Уже привычные, набившие оскомину, гоблины возникали строго по очереди в привычных же местах. Засада ждала Эрика в сумрачном полупустом холле с выходом на лоджию. Очередной новый “друг” уже доставал из недр большого черного пакета пару бутылок спиртного. Выпивка была из давнего прошлого. Вроде это должно настраивать на приятные воспоминания. Но почему-то именно сегодня любимый напиток вызвал у Эрика тревогу: что-то мягко стелют, видимо, придется жестко спать.

И это не было житейской догадкой. Подсознание само включило сигнал тревоги. Опасность! Опасность! Опасность! Хотя спиртное пошло хорошо, согревая внутренности, на душе было неспокойно. Дамоклов меч уже явно завис над буйной хмельной головушкой Эрика. Как назло время размазалось и тянулось, тянулось, тянулось. Незваный гость затеял словесный пинг-понг. Шарик-слово налево, шарик-слово направо, шарик-слово налево, шарик-слово направо, шарик-слово налево, шарик-слово направо… Забодал чертов гоблин! Можно подумать, что его реально волнует чужое здоровье. Для достоверности моральный урод прикидывается больным. Мол, не по своей воле притащился сюда, а великая нужда заставила. Известна эта загадочная нужда: чьим-то липким ручонкам покоя нет. Всё манипулировать кем-то желают, возомнили, похоже, что сам черт им брат и сват. Забыли только, что для заплутавшего в коридоре времён Эрика вы никто, и звать вас никак. Впрочем, им это и знать не надо. Пусть будет хоть один маленький-премаленький секрет. Они-то думают, что перед ними клоун, шут, абсолютный идиот. Не стоит их в этом разубеждать, пусть считают, что запойный арлекин ничего не подозревает. Главное в данный переломный момент - не делать глупостей. Их уже “не сделано” достаточно. Эрик сам, старый дурак, залез в ловушку, в этот чёртов коридорчик, который просто не открывается. Хитро они всё-таки придумали. Загнали его в свою плоскость, не соскользнешь в родимую сторону.

И всё-таки выход есть, его не может не быть. Ну что, “болезный”, что ещё придумал? Выпивки мало? И точно заканчивается. Вот незадача! Но, похоже, умник-разумник заранее имел нехитрый план: решил сгонять за горючим. Правда, пока изображает, что, мол, не знает, куда ему идти удобнее. Вышел на лоджию, открыл одну створку, высматривает ближайший супермаркет. Только зачем его искать, если круглосуточный лабаз на другой стороне улицы ещё заманчиво горит огнями в туманном зимнем утре. Под дурака решил закосить, наверное. Ну, так и все могут. Каждый дурак, похоже, способен включить полную дурку, когда вдруг потребуется. Прямо по Станиславскому Эрик начал лепить горбатого: азартно всё-таки играть такого боязливого человека, у которого головокружение от высоты. А уж выглядывать из окна - сущее наказание. Гоблин-доброхот легко не сдаётся, настаивает, давит на святое: мол, а как же выпивка, ведь до вечера ещё далеко? Что ж, надо действовать, может, это и есть выход из закольцованного коридора. Эрик на шатких ногах подходит к новоявленному топографическому идиоту, нарочно спотыкаясь на ровном месте, чтобы как бы случайно схватить гостя-доброхота за руку. Получилось удачно, похоже, этот уродец действительно способен столкнуть человека вниз. В том смысле, что сам гоблин не рассыплется на молекулярный фарш при тесном контакте, как другие уродцы. От волнения даже ладони вспотели, хотя на лоджии далеко не тропическая жара. Эрик чувствует, что тут реальной кровью пахнет, а не простым искривлением пространства и времени. Он нарочно показывает в другую сторону: правда, там тоже имеется магазинчик-автомат. Пусть хитромудрый наймит поворачивается к Эрику боком, не стоит его запускать к себе за спину. Умирать Эрику еще рано, а летать он не научился пока. Может, гость умеет? Сейчас Эрик это проверит…

И тут случилось неожиданное. Для Эрика - точно, честное слово! Кто мог предположить, что под ногу совершенно ему случайно подвернется пустая бутылка из-под выпивки. Тара осталась с последних летних посиделок, не получилось почему-то выбросить эти остатки пиршества. Короче, ноги Эрика запнулись, тело потеряло равновесие, голова невольно боднула “заморского” гостя, который неосторожно выглядывал из открытой створки лоджии. От неожиданного толчка гоблин слишком сильно перегнулся через край. Падая вниз, неловкий гость пытался хоть за что-то зацепиться. Но, увы, за бетонную стенку не схватишься, а руку помощи протянуть некому. А кое-кому и вовсе некогда. Пока гоблин летел с 24-го этажа, Эрику надо было резко перебраться на соседнюю лоджию. Пусть хозяин не ругается, что пришлось стекло разнести вдребезги. Счёт шёл на доли секунды, но переход Эрика состоялся удачно. Через квартиру соседа открылась дверь в нормальную жизнь, без всех ужасов и уродцев с лицами-масками, созданных явно недобрым гением.

И, кстати, никакого трупа около дома не оказалось. Эрик специально проверял, лично осмотрев место падения чужака. Наверное, самозачистился чёртов засланец. Как там, в старину, говорили, нет тела - нет дела? Официально, конечно, ничего не будет, но станет ли Эрику от этого легче? Он-то знает, что угробил незваного гостя. Взял грех на душу. С другой стороны, кто сказал, что чужаков следует встречать хлебом-солью? Эрик, конечно, помнил, что было время, и человечество с непонятным упорством искало внеземной, грубо говоря, разум. Одно время люди жаждали встречи с прекрасными существами из других галактик. И мало кто задумывался о грядущей опасности. Хотя трезвые головы предупреждали, что внеземная цивилизация может оказаться банальным хищником, которому срочно требуется новая планета для собственного развития или банального освоения недр. Похоже, что Эрик столкнулся с представителями именно такого внеземного сообщества. Он победил в этой невидимой миру схватке. Судя по всему, чужаки хоть и довольно развиты технологически, но явно уступают землянам в душевных качествах, умственных способностях отдельно взятого индивидуума. На Земле, по определению, один в поле - воин.

И свободолюбивый Эрик будет биться до последнего. Никто не будет хоть что-то решать за него: ни бог, ни чёрт, ни чужеродный разум…