Роман Железко

Базар-вокзал, или Проклятие агностика

Чёрное озеро - эмблема печали
Чёрное озеро - эмблема печали

Возвращаясь из кино, мы заскочили в знакомый магазинчик у дома и взяли там хорошей выпивки. Элеонора, моя боевая супружница, предполагала вспрыснуть субботний ужин. Она всю дорогу прозрачно намекала, что будет моё любимое кушанье.

Однако это обстоятельство сегодня не вдохновляло, а виной, как ни странно, был только что просмотренный фильм, на который меня с Элей пригласили наши старинные друзья. Уверяю, картина не было шедевром и откровением. Банальный мистический триллер. Но увиденная киноистория раскрыла мне глаза на то, что с некоторых пор происходило в моей скромной жизни. Сознаюсь, меня эти драматические коллизии сильно угнетали.

- Милый, что так многозначительно грустим? Киношка не понравилась? Мне кажется, неплохо снято, душещипательно…

- Нет, наоборот! – я изобразил само удовольствие. – Мы провели чудесный вечер.

И тут же выдал давно придуманный экспромт:

- Дорогая Эля, -

Томно молвил я.

- А плесни мне эля,

Милая моя!

Довольная супружница тут же мило улыбнулась. И открыла заготовленный сюрприз:

- Эля нет, но ты держись. Ты готов отведать моё великолепное эстуфадо?

Разумеется, я был готов, как пионер с волчьим аппетитом. Но главное – за весёлым ужином легко уйти от дотошных расспросов. Поэтому я с повышенным усердием, аж за ушами пищало, поедал тушёное мясо, умело приготовленное Элей. Хотя, конечно же, всеми мыслями я был далеко. Этот гадский фильм про девушку с Чёрного озера привёл меня к неутешительному выводу, что мои беды последнего времени начались с того давнего угарного вечера.

Однажды я после редакционного застолья оказался на задворках Ярославского вокзала. Моя последняя электричка задерживалась, вот я и гульбанил с местными обитателями. У меня было отличное настроение, поэтому и начали душевно, с тёплой водочки. Хотя мне, как я сейчас понимаю, лучше бы пить светлое пивко мелкими глотками. Но в тот вечер моё величество не удержалось и потеряло всякий достойный контроль. Летучая водка быстро закончилась, мы начали собирать на новый поход к таксистам. Один ушлый бомж предложил мне:

- Купи, друг, икону, за два пузыря водки отдам. Лучше, конечно, за три!

- На кой хрен мне твоя чёртова икона? Я – агностик!

- Педрила, что ли? Неверующий?

- Сам ты чудила из Нижнего Тагила! И ничего не понимаешь в этой жизни, а ещё иконами крадеными торгуешь, гнусь…

- Я честный, икона мне от бабки осталась. Сейчас край, вот и продаю. В хорошие руки. А зачем, мне, бродяге икона, если своего угла нет?

Что дальше было, только догадываюсь. Короче, сделка века не состоялась, я так дал на очередной пузырь, который мы тут же благопристойно выпили…

Очухалась моя мутная светлость уже в электричке, которая почти час неслась в ночи. Когда я судорожно понял, что свою остановку я давно пролетел, то выскочил на ближайшей. Станция-якорь оказалась ближе к Хотьково, чем к славной Перловке, где я тогда жил. Чтобы протянуть время до первой электрички в Москву, я предусмотрительно купил в ночном киоске шампанского и спрятался в буйных пристанционных кустах.

На заре меня неудержимо потянуло к прохладной воде, благо, рядом нашёлся вполне живописный омут. Правда, толком освежиться не получилось, я едва не утонул сдуру. Меня спасла чудная девушка, аккуратно, почти нежно, вытащила из коварной воды, привела в чувство. Вот только сегодня вечером мне ясно вспомнилось: она же меня страстно поцеловала. Вот с чего у меня начались все проблемы!

Я никому так и не смог признаться, что у меня с недавних пор часто случаются видения, которые бесцеремонно показывают скорую кончину знакомого человека. К примеру, так я узнал о близкой и внезапной кончине известного актёра. По радио услышал о его лёгкой болезни и подумал: а знаменитый-то артист не жилец. И через неделю он умер.

Потом я увидел близкую смерть ещё некоторых знакомых людей. Доложу я вам: знать такое – полный ужас! Что бесит? Нельзя ни с кем поделиться, ведь предупредишь кого из самых лучших побуждений – тебя же сочтут за психа.

Ужин откровений, вечер непониманий...
Ужин откровений, вечер непониманий...

Однако родную Элю мне не удалось провести, после ужина и секса она вытянула из меня всё.

- Я знаю, что делать, - горячо прошептала она. - Я из этой твоей русалки всю душу вытрясу, но тебя спасу. Ты мне живой и бодрый нужен. Не дам ведьме погубить тебя. Веришь мне?

- Верю. Ещё как верю…

Через минуты четыре я твёрдо понял, что моя Эля не поможет. От слова совсем. А ещё явственно увидел, что встреча с девушкой-утопленницей из дальнего Подмосковья станет для моей любимой жены первой и последней. Ужас!

Но что я мог ей сказать? Как мог предупредить? Как мне показалось, мои слова, мои предупреждения жена посчитала ерундой, романтической чепухой. По-моему, Элеонора мне не поверила и считает всё, что случилось и происходит со мной, банальной интрижкой, которая совершенно не тянет большую жизненную проблему.

Мне бы её уверенность, подумалось тогда, сам же стал готовиться к худшему. Морально я умер, хотя теплилась малюсенькая надежда, что я всё же найду выход. Святая агностика мне поможет…

А дальше - тишина!
А дальше - тишина!