guerrilla radio

Сами мы не местные, отстали от поезда

Сами мы не местные, отстали от поезда

Просить или нет?

Каждый год, в день рождения, я прошу себе на подарки у фб-друзей. Указываю банковские реквизиты и пишу: если хотите меня поздравить - переведите денег, а я их потрачу на выпивку, сигареты и наркотики. Я делаю так пятый год подряд, а пару лет замечаю и других своих знакомцев из соцсетей за тем же. Это радует.

Началась эта история в 2015, когда мне впервые задержали гонорары из-за кризиса рубля. Я просидел пару недель на одной овсянке, и сдулся, когда понял, что скоро платить аренду. Не стану объяснять вам, почему я не хотел идти назад в офис, в «сабвей» мазать сэндвичи за минимальную ставку или просто постоять в очереди за бесплатным супом. Я решил просить денег у незнакомых людей.

Первый раз был самым трудным, дней пять у меня ушло на то, чтобы нажать «Post» и предъявить миру свою нужду.

Я воображал, что мне напишут прохожие (а комментарии у меня всегда были открыты):

  1. Иди поработай, гондон.
  2. Жизнь тебе не санаторий в Анапе, на что ты рассчитывал.
  3. С хера ли тебе денег, ты кто такой вообще.
  4. Посмотрите на этого лоха, куда ни попадёт, везде в жопе.И так далее.

Почти ни одно из моих опасений не оправдалось. Денег мне прислало человек пятьдесят, на приличную даже для Америки сумму, и никто не задавал вопросов. Очень много поддержки и добрых слов. Да, я получил три оскорбительных личных сообщения, и один человек (вкупе с деньгами) прислал мне моралите и адреса бесплатных кухонь. Но это было очень далеко от того, что я нафантазировал, пока копил смелость просить.

Наверное, мне везло и везёт иметь щедрых друзей, не задающих вопросы.

Я повидал много кампаний по сбору денег. Краудфандинг, где деньги меняют на будущие товары, сбор денег потерпевшим, тяжелобольным. Но ни одна затея не вызывает столько злости и возмущения, как сбор денег «просто так», без обмена, без обратной ценности, безвозмездно. Одна известная блогерка, вовсе не жертва, попросила на новый макбук, старый сгорел. Деньги собрали в течение суток, но.

Пока одни читатели слали деньги, другие взялись за дело: подсчитали её семейный доход, включая заработки мужа, оценили её недвижимость в Москве и прикинули, сколько аренды она там зашибает. У нас каждый гражданин умеет считать чужие деньги, даже самый малограмотный. Понятно, после в горячке разругали её писательский талант, потом принялись за лицо и размер задницы. Круги шли ещё пару недель после этой истории, я просто диву давался - с чего бы?

Претензии я собрал в главные категории:

  • Просишь – значит, слаб, а слабых жрут.
  • Просишь – значит инфантилен и незрел, а тебе уже Х лет.
  • Просишь – значит не хочешь страдать, как страдал я, а чем ты лучше?

Самые простые из комментаторов, что пишут от всей души и кровью сердца, постоянно ссылались на заветы предков. Там неизменно возникало строгое лицо кого-то из важных родственников, семейных эталонов морали. Папа-мама? Бабушка-дедушка? Пуритане с прямой спиной и выпяченным подбородком, прошедшие войну, и запомнившие, что никто и никогда не поможет, а засмеётся волчьим смехом и оставит умирать. Они столько напросились в своей жизни, что больше никому в семье не позволяли, если бомбёжки нет.

Почему мне было так тяжело? Потому, что «просить» каждый раз норовило обернуться словом «попрошайничать». А отсюда прямая дорога к грязному человеку в лохмотьях и картонной табличкой «Поможите кто чем можете». То есть, первый шаг на пути ко дну.

Конечно, мы обожаем судить других. Почему-то здесь эта хворь особенно широко разрослась, и в Штатах я натерпелся, пока понял, что местные не любят, когда к ним лезут с лекциями «как жить». Пару раз мне щёлкнули по носу и я заткнулся, а на родине это хобби по-прежнему в ходу. Кругом гуру, святые и лидеры мнений на переносных трибунах. Ну, а клич «страдай, сука, как мы», летит над полями который век. Уж как мы обожаем горевать, мучиться и терзать других, и ненавидим тех, кто смеет искать лёгких путей.

Но хер там: налетят, засвищут, обмажут говном, изваляют в перьях и понесут по ссылкам. Именно поэтому я уважаю себя и других просителей – потому что мы можем это делать. Я считаю это признаком внутренней свободы. Мой терапевт то же самое говорит, кстати.

Вспомните себя пятилетнего. Как часто вы размышляли о том, а не стыдно ли попросить маму. Примерно ноль раз, верно? Мне что-то надо, я открываю рот и прошу; более того, получив отказ, я открываю рот и ору - ХОЧУ! Куда девался этот уверенный в своём праве склочник? Что с ним стало за тридцать лет? Похоронен его под грудой комплексов, причём чужих.

И, наконец. Представьте, что это вас просят помочь: принести, подвезти, заплатить денег. Скорее всего, сперва вы думаете как помочь, а не с какого хера вас просят. Потому, что помогать приятно, это повышает самооценку и дарит дофамин. Так дайте другим шанс улучшить себя. А помогать или нет вы сами решите, как взрослый человек, которому никто не указ.