Евгений Щепетнов
Писатель-фантаст.

"Попаданцы" в средневековье, могут ли они там выжить?

Средневековая Англия.
Средневековая Англия.

Поговорим о попаданцах и о стереотипах.

Итак, любимый наш персонаж — попаданец в средневековье (или иномирное средневековье).

Нередко книжные попаданцы оказываются реконструкторами, спортсменами, само собой, умельцами в мечевом бою или шпажистами, саблистами. Ловкими, умелыми и, естественно, в своих умениях на голову выше всех так называемых аборигенов. Ну конечно же, если главный герой в своем мире выступал на соревнованиях по шпаге или рапире, завоевывал медали, — что ему какие-то там средневековые мужланы?

Крутые шпажисты, правда? Красота! Оба трупы.
Крутые шпажисты, правда? Красота! Оба трупы.

Но так ли это? Так ли легко современный шпажист победит средневекового бретера?

Думал над этим. И не раз. Не победит. Я уверен в этом. Если наш современный спортсмен выйдет драться с тамошним воякой, участь спортсмена предрешена. Убьют. Почему?

Ну, начнем с той же шпаги. Нынешняя шпага — это аналог автомобильной антенны, которой нужно всего лишь коснуться тела соперника. И тут же опустить свою «антенну», и отойти назад. Электроника, фиксирующая касание, сделает все сама. Напишет, типа: «Убит!».

А теперь представим настоящий бой. Перед вами стоит человек со стальной шпагой, кончик которой не только игольно остр и способен пробить даже кольчугу, но им еще частенько можно рубить: плоский и наточен с боков. Фактически в руках вашего противника тонкий меч, которым он долгие годы зарабатывал себе на жизнь тем, что выпускал кишки у тех, кто попадался ему на пути. И вот вы, такой нежный, такой ангелоподобный спортсмен, уверенный в своих силах и преисполненный презрения к «глупым предкам».

А вот это настоящая, боевая шпага.  Сравните со спортивными. Ой, как плохо, когда вот этой шпагой, да в брюхо!
А вот это настоящая, боевая шпага. Сравните со спортивными. Ой, как плохо, когда вот этой шпагой, да в брюхо!

И вам, точно, конец. Противник не будет дожидаться сигнала судей. Вначале он может врезать вам ногой в пах, потом дать эфесом шпаги по морде, как кастетом, а затем проткнуть навылет через жизненно важные органы. И… все!

Типичная дуэль на шпагах.
Типичная дуэль на шпагах.

Средневековое фехтование отличается от современного так, как современный бокс отличается от греческого панкратиона, где было разрешено практически все: удары ногами, руками, головой, добивание противника, упавшего на площадку, удушение, выдавливание глаз, разрывание рта — все, что придумает жесткосердный противник.

Панкратион.
Панкратион.

Но, кстати сказать, в современном боксе все-таки остался боевой стержень, и сильный боксер может легко противостоять нескольким не особо подготовленным противникам и победить. Потому что привык получать и наносить удары, сносящие с ног и наносящие травмы. А что современные фехтовальщики? Маска. И непробиваемая броня. Балеруны! Средневековый же фехтовальщик бьется насмерть. Он знает, что может быть убит, и знает, что должен убить.

А еще он вряд ли будет драться только шпагой. Стандартный прием — кинжал в левой руке, шпага в правой. Или наоборот, если левша (что совершенно отвратительно, левши очень неудобны в бою). Парирует кинжалом, наносит удар шпагой, и вам конец. Представьте спортсмена-шпажиста с кинжалом в левой руке! Смешно, ага.

Вообще, у современников как-то общепринято считать предков идиотами, над которыми любой наш человек будет возвышаться, как Эверест над уровнем моря. Мы умнее, мы и сильнее, мы более умелые. И уж в воинском деле — совершенно точно! И никому не приходит в голову (или почти никому!), что средневековый человек жил в состоянии перманентной войны, а значит, или подвергался нападению, или нападал. И был просто вынужден уметь драться.

И кстати, война, как впрочем и в наше время, была для отдельных людей не бедствием, а замечательным способом заработать. Ну, сами представьте: ковыряться в земле, выращивая овощи и злаки, чтобы их сожрали всякие насекомые и червяки, уничтожила засуха или дождь, или пойти и нормально забрать все, что ты хочешь, у какого-нибудь неудачника, в поте лица добывающего свой хлеб.

И уходили в наемники бывшие крестьяне и горожане, становились, к примеру, ландскнехтами.

Ландскнехт с двуручным мечом.
Ландскнехт с двуручным мечом.

Саранча! У меня нет другого сравнения. Жуки! Представьте себе, поле боя накрывает разноцветная волна — мужики в ярких, как у попугаев, одеждах, дурацкие буфы с разноцветными вставками, широкие шляпы с перьями, — клоуны, да и только! Но не обольщайтесь их внешним видом. Это ландскнехты. Самая эффективная пехота того времени.

Впереди бойцы с двуручными мечами, они обычно на двойном жаловании. Почему на двойном? Потому что в передних рядах – опаснее всего. А кроме того, если их возьмут в плен, то обязательно повесят. Ибо наемников с двуручниками, а особенно с фламбергами, ненавидят лютой ненавистью. В то время даже требовали запретить фламберги как негуманное оружие, наносящее страшные незаживающие раны.

В центре — знаменитый фламберг, меч с волнистым, "пламенеющим" лезвием. По краям цвайхандеры, двуручники.
В центре — знаменитый фламберг, меч с волнистым, "пламенеющим" лезвием. По краям цвайхандеры, двуручники.

Ну так вот, бойцы с двуручными мечами набегают на ряды изготовившегося к битве воинства, прикрытого щитами и копьями. Задача — расковырять ряды, сделать так, чтобы в образовавшуюся брешь проникли остальные товарищи. И для этого двуручный меч — самое лучшее оружие.

Вы думаете, двуручниками в рост человека рубили? Типа: «Повел направо — улица! Повел налево — переулочек!»? Как бы не так! Рубануть можно было, да, но вообще-то, двуручник использовался примерно так же, как копье. Одна рука на рукоять, другая на лезвие меча, где для этого сделана специальная площадка. Острие меча вонзил в ряд противника, и… пили! Тыкай! Снова пили! Пропиливай, протыкай ряды супостата!

Вообще-то, это все было не совсем так, но заметьте, с цвайхандерами в первых рядах. Двойное жалованье надо отрабатывать, чо уж... Только не махали они ими, как лесорубы топором.
Вообще-то, это все было не совсем так, но заметьте, с цвайхандерами в первых рядах. Двойное жалованье надо отрабатывать, чо уж... Только не махали они ими, как лесорубы топором.

Позади ландскнехта идут его жена или любовница, его дети — дочери, сыновья. Они добивают раненых врагов и грабят, сдирая с них всю одежду, собирая все, за что можно получить хотя бы одну монету. Остается голое тело — пожива воронья. А потом все барахло, что не пригодилось семье, отнесут к маркитанткам, которые по совместительству еще и проститутки, ублажающие ландскнехтов, не имеющих своих женщин. Маркитантки и постирают, и зашьют одежду ландскнехта за денежку малую. И покормят.

Вот как-то так. Нет, ну наряды у ландскнехтов — это что-то! "Император Максимилиан  даровал ландскнехтам свободу от законов, регулирующих стиль и внешний вид одежды, которым подчинялись другие подданные: «Их жизнь настолько коротка и безрадостна, что великолепная одежда — одно из их немногих удовольствий. Я не собираюсь отбирать его у них.»"
Вот как-то так. Нет, ну наряды у ландскнехтов — это что-то! "Император Максимилиан даровал ландскнехтам свободу от законов, регулирующих стиль и внешний вид одежды, которым подчинялись другие подданные: «Их жизнь настолько коротка и безрадостна, что великолепная одежда — одно из их немногих удовольствий. Я не собираюсь отбирать его у них.»"

И вот такая орда, такая масса отчаянных жестоких насекомых врывается в город! Представляете, что в нем тогда происходит? Жуть. Просто жуть!

Ну все тащили! Саранча! Бедные горожане...
Ну все тащили! Саранча! Бедные горожане...

Вот, что такое настоящее средневековье. Грязь, вши и беспрерывная война. Никакой романтики.

И тут наш попаданец. Эдакий светлый эльф, полный гуманистических идей и желания осчастливить человечество. Скорее всего, если его сразу не убьют, то через некоторое время сожгут на костре. Потому что говорит СТРАННО, выглядит отвратительно, не как правильные люди, не молится. А если и крестится, то НЕ ТАК.

Ну вот как-то так было бы с попаданцем.
Ну вот как-то так было бы с попаданцем.

Увы, все закончилось бы очень плохо. Но если писать книги о попаданцах «по-правде», кому они будут нужны, заканчивающиеся на первой странице? Не позитивно описывать, как главного героя медленно превращают в жаркое под радостные крики веселой, пьяной от вина и крови толпы.

Главный герой должен побеждать, должен преодолевать, и так будет всегда. На том стоит и стоять будет «попаданческая» литература.

И всегда она будет популярна. Ибо простой обыватель потаенно всегда мечтает о приключениях, о красивой, живой, яркой жизни, в которой он Победитель, и нет этой повседневной серости и тупости его жизни.

А мы, писатели, сделаем все, чтобы ему было интересно. Не будем убивать героя в первых строках. Соврем! А то ведь книжки не будет.

Эскиз к обложке попаданческой книги "Манагер". Впереди главный герой. (рисовал художник Горбачик). Вот такими, само собой, будут все манагеры, когда попадут в иной мир.
Эскиз к обложке попаданческой книги "Манагер". Впереди главный герой. (рисовал художник Горбачик). Вот такими, само собой, будут все манагеры, когда попадут в иной мир.