©

Интервью с профессиональным переводчиком английского

Интервью с профессиональным переводчиком английского

В процессе перевода иногда получается, что пингвины ходят с папками, а переменный ток летает над Ираном. Этими и другими курьезами, а также интересными нюансами транслейта и советами по изучению английского языка со мной поделилась Мария. Она — дипломированный переводчик научно-технической литературы, специалист последовательного перевода и преподаватель английского, для которой English — любовь всей жизни.

— Маша, знаю, что работа переводчика не обходится без забавных ошибок. Расскажи, какие курьезы случались в твоей практике.

О, таких историй множество. Например, в университете нас учили, что AC (alternating current) — “переменный ток”, и я это послушно запомнила. Потом, правда, оказалось, что это еще и “самолёт” (aircraft), но когда я только пришла на авиационный завод, то этого не знала.

В университете у нас появились такие перлы, как «ведро лобового сопротивления» и «скорость поперечного сечения». Теперь я даже не могу предположить, что было в оригинале.

А когда-то я переводила доклад о животных, и докладчик рассказывал, что самки императорских пингвинов перекатывают яйца самцам на лапки, самцы накрывают их жировой складкой, и так высиживают. В одной статье писалось, что они его «выстаивают». Мне нужно было очень быстро вспомнить слово «складка». Я вспомнила слово folder и была весьма довольна собой.

Но проблема в том, что fold — это «складка», а folder — это «папка». Вот так вышло, что пингвины прячут своих будущих детенышей в папки, как документы в офисе, но поняла я это уже после выступления.

Бывает, что не удаётся вспомнить нужное слово, или вообще не знаешь английского варианта. Зато после подобных случаев ты запоминаешь такие слова навсегда.

— А какие бывают проблемы в переводе текста? Всегда ли можно точно передать смысл на русском?

Это как раз тема моего диплома. Дело в том, что абсолютно точно передать всё невозможно. Если это технический материал, то, конечно, мы стремимся к точности, потому что если потеряем при переводе крыло у самолёта, будет совсем плохо. Но если это художественный текст, часто что-то теряется.

Особенно сложно переводить шутки, построенные на игре слов. Например, в книге Льюиса Кэрролла «Алиса в Стране чудес» многое строится на созвучии.

Так, уроки в школе в Стране чудес, как и в реальном мире, назывались lessons. Но там они назывались так от слова lessen — уменьшаться. В понедельник их было 10, во вторник 9, и дальше меньше и меньше (less and less). На русском «меньше» и «уроки» вообще не созвучны.

Набоков в своем варианте перевода переставляет буквы в слове «уроки» и получает «укоры», потому что они «укорачивались» с каждым днём.

Его корни уходят в XVIII век, когда в Великобритании при изготовлении шляп использовали ртуть. Из-за вдыхания её паров многие шляпники в итоге приобретали массу проблем со здоровьем, включая нарушение умственной деятельности. Со временем любого неуравновешенного человека стали называть «сумасшедшим как шляпник». Но в русском такого выражения нет. И нашему читателю приходится принимать его сумасшествие как данность. Это еще один пример потерь при переводе.

— Ты говорила, что самый сложный тип перевода — синхронный. В чем его особенности?

Сложно говорить одновременно с докладчиком. Во-первых, нет времени подумать, во-вторых, слышать докладчика тебе мешает звук своего собственного голоса. То есть ты должен разбирать слова человека в постоянном шуме, который еще и сам создаешь.

Поэтому на серьёзных мероприятиях переводчики-синхронисты работают в наушниках с микрофоном, иногда в специальных кабинках, по двое, заменяя друг друга через 15-30 минут. Потому что после 30 минут синхронист уже просто мертвый.

Обычно текст даётся заранее, так что переводчик хорошо ориентируются в докладе, и может переводить с отставанием или даже с опережением в пару слов.

В книге Миньяра-Белоручева «Искусство быть переводчиком» есть история о литературном симпозиуме, где некто должен был переводить доклады писателей с французского языка. Но писатель из Камбоджи заявил, что будет делать доклад на родном кхмерском. Переводчик нашел того, кто знает кхмерский и французский, и этот человек должен был просто по листу с докладом водить пальцем, а наш главный переводчик за пальцем переводил.

Всё шло гладко, но почему-то выступающего удивляла реакция публики. А потом лист закончился, но доклад продолжился. Переводчик понял, что он переводил за пальцем что-то не то, но нужно было продолжать, поэтому он просто перевернул лист и начал сначала. Интересно, что слушатели ничего не заметили.

То есть синхронисту нужно очень быстро ориентироваться.

— Если вернуться к письменному переводу, какими онлайн-ресурсами пользуются профессиональные переводчики?

Честно: Google Translate. Машинный перевод плох. Когда-то программа выдала нам фразу «во всех странах и кастрюлях мира». Что было в оригинале — я даже представить не могу. Зато ты экономишь очень много времени на наборе текста и уже видишь какие-то готовые варианты. Кроме того, программы машинного перевода постоянно совершенствуют, и с каждым годом они переводят лучше и лучше.

Из словарей всегда советую Мультитран — он постоянно обновляется и даёт варианты переводов в разных сферах.

— Как думаешь, программы могут составить конкуренцию переводчикам?

Возможно, в будущем, но многое зависит от текста. Если он технический, то, в принципе, программы могут добиться адекватного перевода. Если же нужно сонеты Шекспира перевести, то я скажу, что с ними и люди не справляются. Очень тяжело адекватно передать поэзию, красоту слова, мысли, эмоции.

В любом случае, профессия переводчика не будет изжита.

— Твоя профессия помогает тебе в жизни?

Да. Человек, который знает другой язык, более терпим к окружающим. Он лучше понимает менталитет иностранцев.

То есть знать другой язык — это возможность посмотреть на мир другими глазами, увидеть всё в новом свете. Есть даже английская поговорка: «Сколько языков ты знаешь — столько раз ты и человек».

Также, зная другие языки, ты лучше понимаешь свой собственный, потому что начинаешь понимать, почему говоришь так, а не иначе. Почему какие-то вещи называются именно так, как называются. Всё как будто приобретает объем, становится ярче. Как кто-то сказал: “Вам никогда не понять один язык, если вы не понимаете хотя бы два”.

— Как преподаватель, что бы ты посоветовала тем, кто хочет выучить язык?

Определитесь со своими целями. Если язык нужен вам для путешествий, то вам не нужны 16 времен и Шекспир в оригинале. Если же для более серьезных целей, запаситесь терпением. Я учу английский четверть века и считаю, что знаю еще очень мало.

Главное — заниматься ежедневно. Пусть это будет по 20-30 минут, но каждый день. Как говорится, practice makes perfect.

Не бойтесь ошибок: не ошибается только тот, кто ничего не делает. С ошибками учиться даже веселее.

И не верьте тем, кто обещает, что вы выучите английский за 10 уроков.

Не довольствуйтесь малым. По-настоящему начинаешь любить язык, когда понимаешь детали и мелочи. Как говорится, красота на глубине. Английский тем и хорош, что ему всегда есть чем вас удивить. И чем дальше учишь, тем интереснее становится.

— Есть ли необучаемые люди, или всё дело в лени?

Лично мое мнение: до определенного уровня выучить иностранный может любой человек. Просто нужно найти метод, который подходит именно вам.

Побольше слушайте английскую речь. Ведь в младенчестве мы именно так и учим родной язык — слушаем, как на нем говорят окружающие. И, пожалуйста, не мучайте себя учебой. Сделайте свои занятия приятными и интересными. Смотрите любимые фильмы на английском, пойте любимые песни – такой подход практикуют в Skyeng. Получайте удовольствие.


Если вам понравилось, не забывайте лайкать и подписываться на профиль 😊 Впереди много интересного, включая новые интервью!