Ольга Александровна
©Кто владеет информацией, тот владеет миром

Швейцарские фонды – это «глупая» структура для ICO

Лук Мюллер из юридической компании MME. Фото: MME
Лук Мюллер из юридической компании MME. Фото: MME

Один из лучших юристов в быстро развивающейся индустрии криптовалют говорит, что юридическая структура швейцарских фондов, помогающих собирать средства для новых виртуальных валют, «старая, негибкая и глупая» и больше не соответствует цели.

Комментарии швейцарского юриста появились после того, как регуляторы во всем мире усилили контроль над первоначальным размещением монет (ICO) цифровыми фондами по сбору денег перед запуском валют.

Контроль усиливается и со стороны инвесторов. Основанный в Цуге фонд Tezos столкнулся с американскими коллективными судебными исками от тех, кто посчитал, что их ввели в заблуждение и обманули в рамках ICO фонда.

Юридическая фирма Луки Мюллера MME помогла создать фонды в Швейцарии для Tezos и некоторых крупнейших в мире ICO, в том числе Bancor и Ethereum. Многие фонды имели налоговый статус некоммерческой организации. Деньги, полученные в рамках ICO, рассматриваются как пожертвования, которые не могут быть возвращены.

Регуляторы в Соединенных Штатах, Великобритании и других странах считают, что ICO должно иметь аналогичную защиту инвесторов, как при первичном публичном размещении (IPO) компании.

Мюллер заявил, что криптовалютным группам, в которых есть участники или инвесторы из США, следует создавать компании, а не швейцарские фонды, которые он помогал популяризировать.

Если продажа токенов структурирована таким образом, что выглядит как первичное публичное размещение, то даже если вы потом запустите протокол (блокчейн), фонд, возможно, не подойдет.
Если ... основа представляет собой больше инвестиционную среду, чем техническую, тогда пройдите все регистрации. Если вы хотите это продать, хотите быть активным и активно продвигать это в США, то следуйте законам США.

Он сказал, что фонд может работать с ICO, если проект в первую очередь интересен техническим экспертам, а не инвесторам.

«Криптовалютная долина»

Самая известная криптовалюта, биткоин, с момента своего запуска в 2009 году взлетела в цене. Ее стоимость в начале 2010 года была менее 1 цента, а в декабре 2017 года она поднялась до рекордного уровня в 20 000 долларов.

Монеты используют шифрование и базу данных транзакций (блокчейн), что позволяет быстро и анонимно передавать средства без централизованных платежных систем.

ICO взлетели в 2017 году, достигнув к сентябрю почти $3 млрд. Согласно данным криптовалютной исследовательской фирмы Smith + Crown, Швейцария привлекла около четверти всех ICO в мире, которые за первые девять месяцев 2017 года собрали около $650 млн.

Участники отрасли создали фонды в швейцарской «Крипто Долине», но модель также свободно экспортировалась и в другие места: Сейшельские острова, Маврикий и Сингапур.

Tezos стремится стать более надежным блокчейном по сравнению с блокчейнами, лежащими в основе биткоина и эфира. В июле прошлого года фонд собрал $232 млн.

Фото: Steemit
Фото: Steemit

В настоящее время он столкнулся примерно с полудюжиной коллективных судебных исков в Соединенных Штатах. Истцы хотят возврат средств и возмещение убытков.

Они сделали невозмещаемые пожертвования и ожидали получить токены под названием Tezzies при запуске сети. Но бывший член правления сказал, что проект находится в состоянии паралича из-за судебных процессов и споров между разработчиками и президентом фонда. Сеть до сих пор не запущена.

Официальные представители фонда Tezos отказались комментировать судебные процессы. Адвокат учредителей (Кэтлин и Артур Брейтман) сказал, что первый судебный процесс безосновательный, и пара будет агрессивно защищаться.

Учредители Tezos Кэтлин и Артур Брейтман. Фото: Business Insider
Учредители Tezos Кэтлин и Артур Брейтман. Фото: Business Insider

В соответствии с рекомендациями MME, с юридической точки зрения токены становятся собственностью только после запуска блокчейна и появления токена в первом блоке. До этого у участников проекта нет на них юридических прав.

Мюллер сказал, что структура фонда, которую его команда представила криптовалютным группам, первоначально была задумана как средство привлечения средств для определенной цели и защиты разработчиков от любой ответственности за успех проекта. Мюллер говорит:

Это концепция пожертвования, из которой ясно, что вы жертвуете. Вы жертвуете структуре, и вы жертвуете команде и ее идее.

Согласно определению MME, разработчики, создавшие токены, не несут ответственности за проекты, и отсутствует контрагент для подачи иска.

Поворотный момент

Другие эксперты в области швейцарского законодательства утверждают, что участникам не смогут вернуть деньги из фонда.

Экономист Александр Свобода, который заседал в совете Швейцарского национального банка с 1997 по 2009 год, сказал:

По сути ICO финансируют себя, предоставляя этим людям новые монеты, и хранение новых монет не позволяет предъявлять претензию к чему либо, кроме как быть частью клуба, хранящего эти монеты.

Но у регуляторов другое мнение на этот счет.

В июле в США Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC) заявила, что некоторые монеты, также называемые токенами, могут считаться ценными бумагами, подчиняющимися федеральным правилам и регулирующим положениям.

Это открыло двери для судов, которые стали трактовать ICO как продажи ценных бумаг.

Мюллер признал, что, хотя фонд был полезной моделью для запуска новых блокчейн-проектов, в которых заинтересовано в основном небольшое техническое сообщество, другим проектам «нужна операционная компания, как GmbH или AG, а не фонд».

На самом деле швейцарский фонд – очень старая, негибкая, глупая модель. Фонд не предназначен для операций.

Тем не менее, он сказал, что подавляющее большинство участников фонда криптовалюты понимают условия, и поэтому несут ответственность за рискованное решение внести свой вклад.